Институт стран Снг Институт диаспоры и интеграции
Институт стран Снг Институт диаспоры и интеграции
Институт стран Снг Институт диаспоры и интеграции
Полная версия сайта

Мигранты угроза нацбезопасности или единственная реальная трудовая сила

11:23 , 30 Август 2021
9
0


В студии ведущие программы Андрей Баранов и Елена Афонина. Очередная драка произошла в центре Москвы, на Бауманской улице выходцы из стран Средней Азии устроили массовую драку. В итоге почти пятьдесят человек были доставлены в полицию. И председатель Следственного комитета России Александр Бастрыкин поручил провести проверку по факту этой массовой драки.

А. Баранов:

— Взял ход дела под личный контроль. Этот случай уже не первый в Москве.

Е. Афонина:

— Столичный мэр сказал, сколько человек депортировали из Москвы. Некоторые журналисты побывали в поселке Софьино, который находится недалеко от Москвы. Два года назад там произошло резонансное ЧП, которое никто не расследовал эти два года. Только сейчас благодаря тому, что в соцсетях выплыла информация о том, что избивали там мальчишку, кто избивал, как дело закончилось, это стало приобретать общественный резонанс.

С нами на связи руководитель правозащитного центра Всемирного Русского Народного Собора, исламовед, профессор Московского государственного лингвистического университета Роман Силантьев. Роман Анатольевич, здравствуйте.

Р. Силантьев:

— Добрый день.

Е. Афонина:

— Мы хотели с вами обсудить скандал этой недели – ситуацию, связанную с проектом строительства в 140 километрах от Москвы мусульманского поселка, в котором будут жить по шариату.

А. Баранов:

— В Шаховском районе Московской области рядом с деревней Нечесово было выкуплено 70 гектаров сельскохозяйственных земель под некое строительство, где будут жить по законам шариата, туда будут селить приверженцев ислама, там будет гигантский спортивный комплекс, школьный, там будут магазины, роскошные особняки. А в центре всего – мечеть, с куполом и минаретом.

Е. Афонина:

— Сама идейная вдохновительница этого проекта после того, как началась активная волна удивления по поводу этой застройки, начали просить у нее комментарии, она быстренько ушла в тень. Сначала пыталась выставлять информатором о том, что происходит, одного из журналистов, который якобы собирался там приобрести кусочек земли, Руслана Курбанова. Потом и вообще эта информация постепенно стала для них не очень интересна. Поэтому сама Амина Шабанова, благодаря которой поселение и должно было называться Аминовка, на связь не выходит.

Насколько я понимаю, тут все не так просто, как кажется на первый взгляд?

Р. Силантьев:

— Наоборот, тут все просто. Это типичная афера известной секты анастийцев или кедрозвонов, которые на этот раз решили замаскироваться под мусульман и продать доверчивым товарищам землю втридорога. Классика жанра, у нас уже десятилетиями это отрабатывается. У нас сотни таких эко-поселений по всей стране. И некоторые люди, действительно, продали квартиры и купили там священный гектар. Не все из них выжили, поскольку у них там жесткие ограничения по медицине и по питанию. И тут решили охмурить мусульманский сегмент. И благодаря товарищу Курбанову, хорошо нам известному, и прочим деятелям, скажем вежливым чрезмерно, немало в этом преуспели.

Е. Афонина:

— Сама идея строительства такого поселка в том числе поддерживалась и на самом высоком духовном уровне. Духовное управление мусульман одобрило это строительство. Именно это и преподносили как то, что это будет некое место единения единомышленников по вере, что там не будет никаких уклонений и отклонений от традиционного ислама. Все будет чисто, благостно, красиво, возвышенно, духовно. Неужели даже на таком уровне не могли рассмотреть эту аферу?

Р. Силантьев:

— А какой же это уровень? Это одно из двух духовных управлений мусульман Московской области, хорошо известный нам товарищ Аббясов его возглавляет. Авторитет у него не сильно высокий, но зато знаменит он тем, что в его общинах регулярно рейды проводятся. Недавно в Котельниках его общину опять проверили на экстремизм. Поэтому заявление, что там будет традиционный ислам, от его лица слышать странно. У нас нормальные мусульмане на муфтия Крганова в Подмосковье ориентируются, который безо всякого энтузиазма к этому отнесся. Поэтому никакой это не высокий уровень. Один из десятков российских региональных муфтиятов не с самым высоким авторитетом.

А. Баранов:

— Но все-таки он официальное лицо.

Р. Силантьев:

— У нас в Москве и Подмосковье семь муфтиятов действуют. У нас даже есть свой муфтият в Чертаново, лидер которого пытался сейчас идти на выборы в Госдуму. Так что это ни о чем.

А. Баранов:

— Объявлено, что, пожалуйста, покупайте землю и стройтесь. Действительно там будут мусульмане? А кто будет оплачивать строительство мечети, стадиона, образовательных комплексов?

Р. Силантьев:

— С точки зрения пиара, это ориентировано на мусульман. У нас эко-поселения этой секты могут мимикрировать и под христиан, и под кришнаитов, честно говорить, что они неоязычники-оккультисты. А тут они решили в мусульманский сегмент пойти. Из того, что я читал у этой блогерши Амины Шабановой, которая все это придумала монетизировать, никакого ислама я там не наблюдаю, зато наблюдаю четкое вероучение этой секты кедрозвонов. Отказ от медицинской помощи, отказ от прививок, домашнее образование детей, места силы, биорезонансная терапия, священный гектар, эко-поселение.

А. Баранов:

— Мечеть как с этим будет увязана?

Р. Силантьев:

— У них это бывает так. Они какую-нибудь избу или вагончик объявят мечетью.

А. Баранов:

— На официальном сайте выставлен макет.

Е. Афонина:

— Это для привлечения инвесторов?

Р. Силантьев:

— Конечно, для привлечения внимания. Я хорошо помню, что никаких разрешений на строительство ни школ, ни мечетей там не дают. Это совокупность дачных участков. А на строительство иных зданий требуется особое разрешение, которого там нет. Это типичнейшая афера. Сейчас они привлекли внимание органов, и эта афера закончилась.

А. Баранов:

— Амина не рискует правоверных накалывать? Ведь за это можно от особо религиозной публики получить очень неслабо.

Р. Силантьев:

— Закон у нас и таких людей защищает. У нас регулярно в мусульманской среде возникают финансовые пирамиды с массой пострадавших. Очень расплодились инфоцыгане. Самый яркий представитель – настоятель мечети на Поклонной горе Шамиль Аляутдинов, который такие ролики записывает, которые, наверное, даже для Моргенштерна были бы изрядно дерзкими. Люди занимаются окучиванием доверчивых верующих. Причем не в рамках ислама, а в рамках модных психокультов.

Блогеры, которые какое-то количество подписчиков и славы получили, обязательно влезают в какие-то аферы или финансовые пирамиды, или в истории с землей, или собирают деньги непонятным людям на что-то там и в доле находятся. И каждый раз это кончается одинаково – их разоблачают, возникает скандал. Но при этом параллельно и исламофобия растет, межнациональные отношения лучше не становятся. Поскольку на одно мое заявление, что это не мусульмане, а проходимцы неоязыческие, будет сто заявлений, что это как раз мусульмане шариатский поселок строят. О чем они прямо сами и говорят.

Е. Афонина:

— Если бы Амина выскочила из ниоткуда. Но история того, что она имеет отношение к религии, тянется о-го-го сколько, с 2016 года, когда ее сестра в МГИМО пришла в той одежде, которая не свойственна светскому учреждению. Это тоже был грандиозный скандал. Мы обсуждали его в эфире. Может ли светское учреждение позволить приходить на лекции в хиджабе. Эта тема разминается не один год. Сложно предположить, что так долго она вынашивала планы и наконец-то через пять лет затеяла строительство поселка, который привлечет инвесторов и даст ей деньги.

А организация «Звенящие кедры России» не запрещена у нас в стране?

Р. Силантьев:

— Это даже не организация. Совокупность сект, которые на базе одних книг возникли. В каждом эко-поселении своя секта по факту. Но их начали уже сажать. Поскольку у них дети умирают от изуверских диет и недостатка медицинской помощи. В этой Аминовке ровно то же и прописано.

А. Баранов:

— Там якобы какая-то спецкомиссия будет выбирать кандидатуры поселенцев. Не всех туда пустят.

Р. Силантьев:

— Я думаю, сейчас туда приедет спецкомиссия ФСБ, если еще не приехала, и все безобразие прекратит, если еще не прекратила. Насколько мне известно, там все безобразие прекратили. Тот человек, который владел этой землей, уже в ужасе открещивается от Амины и жалеет, что с ней связался. Тема уже закрыта, как мне кажется.

Е. Афонина:

— Амина сейчас на связь не выходит. А до этого, когда пошел рекламный ролик, очень активно с журналистами общалась, рассказывала про красоты, готова была чуть ли не в студию приходить. Сейчас все ее контакты заблокированы. Когда эта история начала раскручиваться, выяснилось, что земли были сельхозназначения. И был единственный владелец этих земель. Это он в ужасе от того, кому он землю продал?

Р. Силантьев:

— Да, он по неопытности связался с пиарщицей, которая из в принципе вполне жизнеспособного проекта устроила ему мощнейшие проблемы на уровне как минимум губернатора Московской области, поскольку уже в курсе и люди повыше. И его сейчас детально проверят и обязательно что-нибудь найдут.

А. Баранов:

— Были слухи, что деньги дал некий саудовский богатей, купил несколько больших участков.

Р. Силантьев:

— Был такой журналист Хашогги, который сильно обидел саудовских богатеев. Возможно, таким же образом поступят и с теми людьми, которые надурили их на этот раз. Там народ довольно жесткий живет. Милейшая Амина у нас исчезла по совету своих сектантских психологов искать места силы. Я бы на ее месте так же поступил. Тут самое время в бега пускаться. Тут уже не православные будут искать, а пострадавшие мусульмане.

Е. Афонина:

— Мы пытались на протяжении нескольких дней с ней связаться, чтобы задать ей вопросы, которые мы обсуждаем. Но наши продюсеры не смогли до нее дозвониться, она не отвечает на наши письма. Человек ушел в тень.

Р. Силантьев:

— Она четко написала, что отключила связь и уехала в леса искать места силы. Она даже предупредила.

А. Баранов:

— Вы не видите здесь такой политической бомбы? Объявляется о строительстве мусульманского поселения, открытого только для мусульман, с мечетью в середине, в традиционной русской средней полосе. Не все это воспримут нормально. Зачем это делается?

Р. Силантьев:

— Есть мощное слово «хайп». Раньше у нас мог какой-нибудь мусульманский деятель заявить, что надо убрать кресты с российского герба. Так говорили лет пятнадцать назад. Потом требовали ввести пост вице-президента мусульманина и закрепить за мусульманами. Потом требовали построить в каждом российском посольстве по мечети, как муфтий Гайнутдин. Требовали запретить празднование годовщины Куликовской битвы. Похлеще были заявления.

А. Баранов:

— Тут буряты с калмыками обидятся. Буддисты тоже должны…

Е. Афонина:

— Поступила информация от наших продюсеров, что Амина ответила следующее: «Здравствуйте, смогу в понедельник вечером пообщаться. Мы в походе, тут плохая связь, интернет искать приходится».

Р. Силантьев:

— Действительно, ушла в поход, с ее слов. Молодец, не соврала. С другой стороны, действительно, попытка на хайпе что-то получить. Люди у нас вещи и похлеще делают. У нас блогеры и машины дорогие разбивают, и с вертолетов прыгают без парашютов, и в церкви покемонов ищут. Это просто один из этих элементов. Власти к этому очень плохо относятся. Поскольку, если бы это был просто хайп, который можно было бы поддерживать, осуждать, но это хайп, который еще бьет по сфере межрелигиозной и межнациональной. Как говорится, то, что это хайп, быстро забудется, а осадочек останется, что хотели какой-то ваххабитский поселок построить, и прочее. Хотя по факту, конечно, не хотели. Думаю, будут проблемы у всех, кто в это влез. Поскольку сейчас толерантности у властей все меньше к подобного рода вещам.

Е. Афонина:

— Вопрос слушателям: видите ли вы проблемы в создании религиозных поселений?

А. Баранов:

— А кто-то скажет: и что тут такого особенного? В Лондоне есть целые районы, заселенные мигрантами из мусульманских стран, где шариат официально является правовой основой для жизнедеятельности. И английская полиция вынуждена это учитывать. А мы чем хуже? – скажут некоторые либералы.

Р. Силантьев:

— У нас еще до появления Российской империи, когда было Московское государство, были в Центральной России анклавы с шариатом. Звенигород, Серпухов, Тутаев современный – Романов и Борисоглебск и Касимов, где изрядные территории недалеко от Москвы были населены преимущественно мусульманами. И там действовали мусульманские законы. Свинину нельзя было употреблять. Потом татары, которые там проживали, приняли православие, растворились. Но были такие моменты в нашей истории. Да и сейчас у нас немало населенных пунктов монорелигиозных. У нас значительная часть аулов, сел и деревень Дагестана такие, Ингушетии, Чеченской республики. Желающие жить среди единоверцев имеют возможности переехать в Дагестан. Но сельское население сокращается в этих регионах, люди в города переезжают. Немало там заброшенных сел. Уже в процентном отношении не меньше, чем у нас. Тем не менее, никаких проблем жить в мусульманской среде, без алкоголя, без свинины, у нас в стране нет. Для этого не надо никакие поселки по Новой Риге строить.

А. Баранов:

— В Татарстане есть татарские деревни, русские деревни. Почему бы не построить мусульманский поселок здесь? – скажут ваши оппоненты. Что в этом такого?

Р. Силантьев:

— Просто нет на это спроса. Как-то не принято это делать. Не так далеко надо от Москвы отъехать, чтобы жить в мусульманском поселке. У нас и в Нижегородской области есть мусульманские села. Даже в Тамбовской области их можно обнаружить. Там два поселения с преимущественно мусульманским населением. Зачем плодить сущности. Я вижу в этой истории не попытку мусульман уединиться от инаковерующих, а именно аферу немусульманской секты.

Е. Афонина:

— Спасибо за обсуждение этой темы.

А. Баранов:

— Разные послания приходят в ответ на наш вопрос. «Сдаем Россию без боя! Это опасно, скоро о нас будут вытирать ноги». «Из Ингушетии выгнали русских, а сами работать не спешат, потому и бедный регион», — пишут из Ставропольского края. Самарская область: «Вам Сербия – не показатель?» Очевидно, имеется в виду то, что случилось в Косово, откуда были вынуждены бежать сербы, их дома были разграблены, сожжены, а древние сербские православные храмы поруганы и разрушены. Большинство из них, к сожалению.

«А куда делался 400-тысячный русский анклав в Чечне? Об этом нет желания напомнить и обсудить?». «Приезжайте в Саратовскую область. Базарно-Карабулакский район. Там полно таких поселений». Общий недоуменный тон: зачем это нужно? Зачем на исконно русской земле насаждать эти искусственные поселения?

Е. Афонина:

— Наша программа отнюдь не призвана разжигать межэтническую, межнациональную, межрелигиозную рознь. Мы просто объективно рассказываем о том, что происходит в нашей стране, потому что это нас волнует. И какие проблемы есть, на которые надо обращать внимание, чтобы не допустить дальнейших неприятных событий.

Еще один вопрос нашим радиослушателям: как заставить мигрантов жить по законам нашей страны?

С нами на связи политолог, эксперт Института стран СНГ Иван Скориков.

И. Скориков:

— Добрый день.

Е. Афонина:

— Вот несколько происшествий уходящей недели. Глава Следственного комитета Российской Федерации Александр Бастрыкин поручил провести проверку по факту массовой драки, которая была устроена мигрантами в центре Москвы. Более 50 человек задержаны. Будет решаться вопрос о том, как с ними поступать дальше. Мэр Москвы Собянин заявил, что власти Москвы следят за ситуацией с нарушающими порядок мигрантами. За несколько месяцев возбудили более 800 уголовных дел.

А. Баранов:

— Это только в Москве.

Е. Афонина:

— «Последнее время произошло несколько серьезных правонарушений, массовых драк. Так не пойдет. Таким гостям мы не рады. Поэтому полиция в последние месяцы провела жесткие рейды, возбуждено 800 уголовных дел, депортировано около 200 человек. 17,5 тысячам запрещен въезд в страну», — сказал Собянин.

В соцсетях проявили интерес к происходившему в подмосковном поселке Софьино Московской области два года назад. Выплыло видео, на котором парень-таджик, да не один, избивает русского парнишку достаточно жестоко.

А. Баранов:

— Таджику 17 лет, а нашему парню – 12-13 лет.

Е. Афонина:

— По сводкам, русский парень примерно ровесник таджика.

А. Баранов:

— На ролике он выглядит значительно моложе.

Е. Афонина:

— Телосложение у него щуплое. Пытались журналисты понять, понес ли таджик какое-то наказание за избиение. Вы за этой историей следили?

И. Скориков:

— Я слежу и за этой историей, и за тем, что происходит в Софьино сейчас. Несмотря на то, что спустя два года дело было возбуждено, травля родителей этого несчастного мальчика – жертвы, самого мальчика продолжается. Они вынуждены были взять в ипотеку квартиру и переехать. Недавно читал интервью, которое журналисты брали у жителей Софьино, и там люди выходят с плакатами, которые держат в руках дети, о том, что они хотят играть в своем районе в песочницах, а не бояться. Это вопиющий случай еще и произвола правоохранительных органов наших. Но система продолжается, люди живут в страхе в этом Софьино.

А. Баранов:

— Почему правоохранительные органы не реагируют? Они боятся? У них инструкции – не разжигать? Или коррумпированные?

И. Скориков:

— Здесь можно долго объяснять, почему они хорошо реагируют, когда правонарушения в отношении национальных меньшинств или мигрантов совершаются русскими – спортсменами, активистами или реальными преступниками, когда действует просто отважно так называемая 282-я «русская» статья. И почему она не действует, казалось бы, тоже разжигание межнациональной розни в отношении приезжих мигрантов против русского населения.

Диаспоры очень сплоченные, они оперативно реагируют и защищают своих, независимо от реальности правонарушения. Они очень четко формируют информационное пространство внутри своих сообществ, через мессенджеры активно это делают. Могут быстро собраться, начинают травлю. Их сплоченность лучше, чем у русских, которые вообще разобщены.

Конечно же, здесь имеет место коррупционная составляющая и страх наших судебных, правоохранительных органов. Потому что участковые на районе живут в окружении тех же мигрантов. У меня за окном играют сейчас дети, я не вижу там светлого славянского лица. Они живут фактически в параллельной системе.

Е. Афонина:

— Если человек законопослушный, если он приехал сюда работать, ведет себя подобающе, к нему вопросов не будет. Вопросы возникают к тем, кто выясняют отношения на улице, как недавно в Кузьминках, даже машины останавливались, припаркованные машины были побиты, население шарахалось. На Бауманской улице десять человек вышли выяснять отношения, а пятьдесят человек были задержаны.

И. Скориков:

— Это как раз говорит о мобилизованности их. Мигранты абсолютно не интегрированы с нами, но степени их коммуникации стоит позавидовать. Вспомните историю в Санкт-Петербурге, когда таксисты слетаются за пять минут. И стоит русский таксист, который кого-то подрезал или не на том месте встал, по их правилам. И он стоит в окружении, как будто находится где-то в Бишкеке или Ташкенте.

А. Баранов:

— Лет пятнадцать назад, когда здесь только начали появляться мигранты, они были тише воды, ниже травы, ласковые, услужливые. Как только стали объединяться, садиться на корточки и говорить по мобильникам, так пошло-поехало.

И. Скориков:

— У нас скоро в «Сити-мобил» будет Талибан. К сожалению, никакие попытки их интегрировать, уж тем более ассимилировать, они не реализовались. Парадоксально выглядит то, как по нашим федеральным каналам Киселев и Соловьев рассказывают про то, как немок щупают мигранты в Германии, о том, как там теракты делают, даже насмехаются над этим. А ведь это все будет и у нас. Будет свой же BLM.

Е. Афонина:

— На уходящей неделе в разных крупных городах России были задержаны террористы. ФСБ предотвратила террористические атаки.

А. Баранов:

— «У нас есть президент и он обязан решать вопросы о мигрантах, а не задавать этот вопрос слушателям», — пишут нам. Не согласен. Мы хотим знать ваше мнение. Из таких ваших посланий и звонков и формируется представление о том, что люди думают. «У нас в Выхино на Самаркандском бульваре я уже не вижу играющих русских детей». «На велосипедах, в колясках, с мамами очень много мигрантов». «Полиция нафарширована этими самыми непрошенными гостями, являющимися затаившимися русофобами», — пишут из Питера. «Загостились?» — вопрос из Ленинградской области. «Просто их нужно наказывать по законам Российской Федерации, а не закрывать глаза», — считает слушатель из Хабаровского края.

Е. Афонина:

— Это очень правильная точка зрения. Если человек понимает, что единственное, что ему угрожает за его деяния, это депортация на родину, то там-то он явно никакого наказания за то, что устраивает здесь, нести не будет. Поэтому бесплатно отвезут на родину – замечательно. Проскочу – еще лучше. Значит, вечерком встретимся с друзьями и опять устроим очередную разборку. Есть такая точка зрения.

Валерий Николаевич из Перми:

— Каким законом у нас в России узаконены диаспоры? Как они появились? Почему они живут в Российской Федерации по своим законам?

Е. Афонина:

— Я с удивлением узнала, что некоторые диаспоры еще и деньги получают из российской казны за определенные проекты, программы.

И. Скориков:

— Зритель спросил – отвечаем. У нас есть федеральные законы о национально-культурной автономии и о некоммерческих организациях. Все эти диаспоры не просто люди, которые собрали какой-то сход. Это, действительно, зарегистрированные организации, которые имеют право отстаивать интересы и права национальных меньшинств.

Другое дело, кто защитит русский народ, у которого нет диаспоры? И многие говорят, что она как бы и не нужна. Недавно обсуждали идею омбудсмена по делам русских. Выглядит странно, как будто мы такие униженные и оскорбленные.

И второй вопрос, который почему-то на поверхности не обсуждается, но мы же обсуждаем следствия, а не причины. Мы не обсуждаем, кто накажет нерадивых работодателей, которые тянут и тянут эту рабочую силу миграционную. Ведь коронавирусный год показал, что количество мигрантов упало почти вдвое, но экономика выжила, ничего страшного не случилось. И даже сами мигранты говорят, что за этот период те, кто остались и кто в той же строительной профессии, что зарплаты поднялись. Некому было демпинговать дешевой рабочей силой. Какая ответственность будет применена к этим работодателям?

Призывать к национально мыслящей буржуазии с этой предпринимательской этикой сложно. У нас эту национально мыслящую буржуазию в 1917 году выгнали или расстреляли. Наша буржуазия живет по диким законам западного капитализма. С одной стороны, да, мы на телеканалах смеемся, как эта загнивающая «Гейропа» страдает от мигрантов. А ведь наши же русские люди, предприниматели массово завозят этих мигрантов. А Иваны из деревень сидят, работают вахтерами в школах. Они вахтово приезжают из деревень, потом уезжают, фактически бездельничая здесь.

Е. Афонина:

— Есть логическое обоснование. Вы мигранта охранять даже мало-мальски значимое место не поставите.

И. Скориков:

— Я не говорю, что мигранты должны охранять школы. Я говорю, что и на стройках должны работать Иваны.

Е. Афонина:

— По поводу омбудсмена по делам русских, это было для внешнего употребления. Это после скандалов, которые разразились в бывших республиках некогда единой страны. А не для внутреннего употребления.

И. Скориков:

— Но это тоже обсуждали. Два года следствие не шло по случаю в Софьино. И какой омбудсмен, какая общественность, журналисты это сдвинули с места? Фактически ведь это общественность, журналисты, общество «Царьград» к этому приложило большие усилия. Это волна негодования. Мы дойдем до того, что уже и в правоохранительных органах у нас будут мигранты.

Е. Афонина:

— Абсолютно точно некоторые главы небольших населенных пунктов очень активно сотрудничают с представителями тех или иных диаспор, ведут совместные бизнес-проекты. И потом не стоит удивляться, если какие-то резонансные истории таковыми становятся, когда кто-то в социальных сетях об этом написал.

Александр из Саратова:

— Абсолютно согласен с вашим экспертом. Не будут они интегрироваться. И нужны они исключительно для рабовладельцев, чтобы качать прибыли. Лучший способ – гнать всех в шею отсюда. И вообще на пять лет запретить въезд. И специально для господина Баранова можно примерчик привести? У меня есть сюжет, Саратов, 1950 год. Там рассказывает в том числе, как газифицировался Саратов и чем копались траншеи. Траншеи копались не 14 таджиками с лопатами, а одним роторным экскаватором. 70 лет назад!

Е. Афонина:

— Я вспоминаю свое студенческое прошлое, когда нас отвезли в Тюмень со стройотрядом, и мы там траншеи копали под телефонный кабель руками. Студенты театрального института.

И. Скориков:

— Требования почему-то звучат как радикальные, хотя ничего страшного в визах нет. Весь мир живет по визам. Вернусь не к последствиям, а к причинам. К нашим безответственным не русским буржуа по духу своего капитализма. Есть же здравое предложение ввести налог на иностранную рабочую силу. Ввести не эти смешные штрафы за какие-то нарушения, а прогрессивную шкалу, исходя из дохода. Тогда будет страшно.

Е. Афонина:

— Должна быть персональная ответственность работодателя за каждого работника, которого он берет на работу. У нас сейчас ввозят по целевому, что называется, набору на стройплощадки мигрантов. Дальше они месяц работают. Потом исчезают из поля зрения. Делают себе фиктивную регистрацию. И начинает мигрант отнюдь не ручками работать. Он начинает не вкалывать по 12-14 часов в день на стройплощадке или под палящем солнцем, или под снегом. Он начинает колеса крутить в фирме доставки, еще где-нибудь. И за него уже никто не отвечает.

И. Скориков:

— И еще почему у нас вся социальная инфраструктура для приезжих иностранцев абсолютно бесплатная? Я понимаю все разговоры о том, что их нужно интегрировать, ассимилировать, вместе жить. Но фактически эти люди получают зарплату и не вкладывают ее в российскую экономику. Они отправляют ее в Таджикистан, Киргизию, Узбекистан.

А. Баранов:

— Они за этим сюда и едут.

И. Скориков:

— А мы, вкладывая здесь, еще и отдаем им инфраструктуру.

Е. Афонина:

— Если это официально трудоустроенный мигрант, за него платит работодатель. Мы с вами тоже ничего не отчисляем, за нас работодатель отчисляет. Не вы несете в копилку государства, а работодатель это делает. А вот за тех, кто непонятно чем зарабатывает и далее эти деньги переправляет непонятно куда, вот здесь большой вопрос.

А. Баранов:

— Идеалисты вы все, дорогие коллеги. Налоги, шкала. Тогда это будет уже не капитализм. Либо меняем строй, и тогда будут делать так, как вы говорите, либо «не трожь мои деньги».

И. Скориков:

— Хорошо помечтать в эпоху избирательной кампании.

Е. Афонина:

— Спасибо за разговор Ивану Ивановичу Скорикову, политологу, и нашим радиослушателями. С вами были Андрей Баранов и Елена Афонина.

Источник
Чтобы участвовать в дискуссии авторизуйтесь
Ваш браузер устарел! Обновите его.